Глобализм и другие «измы» современности

В 2007 году в Москве увидела свет работа А.П. Никонова «Свобода от равенства и братства. Моральный кодекс строителя капитализма». Казалось бы – велика важность – работ на подобные темы в последние годы выходит чуть меньше, чем детективов. Но дело в том, что Никонов далеко не рядовой писатель. Мало того, что он очень умный и эрудированный человек, он ещё и очень хорошо информирован. Кроме того, он прекрасно владеет словом, и эта его работа представляет собой изумительно сбалансированную систему откровений и умолчаний, разоблачений и оправданий, с точно рассчитанной на читателя-интеллигента дозой юмора. Всё это предназначено для того, чтобы доказать довольно спорный тезис о преимуществах капитализма и его идейной базы – эгоцентризма. Вот как говорит о своих целях сам автор:
<...>«Цель этой книжки – показать, как меняется наша жизнь в условиях всеобщего отупения. Как она должна измениться, чтобы человечество вновь не скатилось в трясину Нового Средневековья. И как жить умным среди тупых.
<…> то, что мы называем человеческими недостатками (эгоизм, жадность, леность и пр.) самым парадоксальным образом выстраивает удивительное здание планетарной цивилизации со всеми его узорными финтифлюшками в виде комфорта и гуманизма. Да здравствует жадность и эгоизм!
<…>Деньги – это воплощенное добро. Деньги нужно любить бескорыстной любовью. Потому что деньги – это сила. Деньги – это свобода. Деньги – это достоинство. Деньги – это мерило успеха... Любите их, и они к вам потянутся. Деньги и влияние – главные мерила вашей ценности на этой земле. Все остальные мерила – просто утешительный приз для отстающих».
Здесь прервём цитирование и обратим внимание на «маленькую» деталь – именно там, где расположены «передовые» страны, которые руководствуются именно этой «новой моралью», природа либо уничтожена, либо доведена до не восстановимого состояния. Но у Никонова готов ответ:
<…> «Есть мнение, что в середине ХХ века мир прошел переломную точку в своем развитии (люди, кичащиеся своим умом, к коим, безусловно, относится и автор, любят называть такой перелом “точкой бифуркации”). У многих наблюдателей создалось впечатление, что цивилизация покатилась куда-то не туда. От больших свершений, покорений и завоеваний, в том числе технического плана – в сторону дивана и кресла-качалки. От величайших прорывов человеческого духа – в сторону массовой дебилизации и отупения. От симфоний – к масскульту».
Он совсем не одинок. К примеру, все романы и философские работы Айн Рэнд, на которую время от времени ссылается Никонов, посвящены эгоцентризму. Во всех сквозит одна и та же мысль:
<…> «Пока вы не поймете, что деньги – корень добра, вы будете разрушать себя. Когда деньги перестают быть инструментом отношений между людьми, таким инструментом становятся сами люди – в руках других людей. Уходите без оглядки от любого, кто скажет вам, что деньги – зло. Эти слова – колокольчик прокаженного, лязг оружия бандита. С тех пор как люди живут на земле, средством общения для них были деньги, и заменить их в качестве такого средства может только дуло автомата».
Да, говорит Никонов, деньги – великий гуманизатор. Или, словами той же Рэнд:
<…> «Либо новая мораль, основанная на рациональной личной выгоде, и, как следствие – свобода, справедливость, прогресс и счастье человека на земле. Либо – старая мораль альтруизма, и как следствие – рабство, насилие, непрекращающийся террор и печи для жертвоприношений».
Как считает Никонов, то, что уже написала Айн Рэнд, непременно нужно было написать,
<…> «чтобы вот так вот – шаг за шагом, булыжник за булыжником показать дорогу в ад, вымощенную камнями социальной справедливости. И то, что сейчас происходит в России, имеет своей прямой причиной развал СССР, когда страна пикировала, подобно рэндовской Америке, и едва-едва вышла из этого пике в сантиметре от земли, потеряв от перегрузок часть себя и едва не развалившись полностью».
<...>«Один-единственный хороший лозунг был у коммунистов – “Начни с себя!” – да и тот они использовали через наоборот».
А надо было по Никонову:
<...>«Начни строить благополучие этого мира с себя и своей семьи!»
И вот тогда-то весь мир станет жить благополучно. Целью существования, считают и Никонов, и Рэнд, является материальное благополучие.
<...>«А если так, то деньги – это воплощённое добро. Деньги нужно любить бескорыстной любовью. Потому что деньги – это сила. Деньги – это свобода. Деньги – это достоинство. Деньги – это мерило успеха»...
Далее следуют панегирики рынку, частной инициативе и прочим прелестям капитализма, краеугольным (и единственным) камнем которого является эгоцентризм, и сравнение его с социализмом, причём далеко не в пользу последнего. Вот как это звучит:
<…> «Чем принципиально отличается социализм в его чистом, тоталитарном виде от чистого идейного капитализма? Социализм говорит: “Мы приходим к власти ради народа. Мы не допустим, чтобы одни имели все, а другие ничего. У нас все будут примерно равны в своем богатстве. Мы будем за этим строго следить. Мы найдем управу на зажравшихся капиталистов, жиреющих на народной крови! Наш лозунг: Все во имя человека, все для блага человека!” Капитализм говорит: “Все имеют право быть сытыми, довольными и счастливыми. Но за свое персональное счастье каждый отвечает сам. Задача государства – обозначить рамочные условия, в которых каждый может предпринимать все, что ему заблагорассудится для своего обогащения. Кто преуспел, тот и молодец”.
Результат известен. В первом случае – моря крови и тотальная нищета. Во втором – спокойное сытое общество, в котором все ради потребителя, все для блага потребителя. В первом случае в результате селекции мы получаем совка – человека с инфантильным сознанием. Во втором – взрослого и самостоятельного гражданина, полного достоинства.»
И в заключение: 
<…> «Зарабатывай деньги всеми законными способами, даже если кто-то будет говорить, что твой заработок аморален! – это один из главнейших тезисов новейшего времени. Это тезис новой морали».
Заодно достаётся и демократии, о которой Никонов говорит так: 
<…> «для отсталых (недоурбанизированных, аграрных) стран демократия не нужна. И даже вредна. Там важнее стабильность, пусть и обеспеченная диктатурой. А демократия – инструмент управления урбанизированным обществом, рассчитанным на извлечение прибыли».
Вообще-то говоря, здесь Никонов глубоко прав. История, которая «ничему не учит», даёт нам всего две формы правления: демократию во всех её ипостасях и монократию, представляемую в разных видах – от монархического деспотизма до выборных олигархий. Вся беда в том, что способности людей, как и многие другие характеристики подчинены распределению Гаусса. Эта колоколообразная кривая начинается почти с нуля в отрицательной бесконечности, её ордината максимальна в средней части и снова стремится к нулю в бесконечности.
Строго говоря, распределение непрерывно, а человечество дискретно, но дискретность в одну шестимиллиардную позволяет считать распределение непрерывным с очень хорошей точностью. В соответствие с ним идиотов и гениев очень мало, а людей средних способностей много. Так вот, по определению, демократия – власть большинства, а большинство – люди средних способностей!  Они хорошо понимают таких же «середняков», но не понимают кретинов и гениев, потому демократические решения будут в подавляющем большинстве «серыми» (подробнее вопрос о форме власти смотри статью "Способ оптимизации управленческого аппарата" в «Виртуальном мире» N 2 2009 г.). Это, между прочим, говорит о том, что предписанная Никоновым для «урбанизированных обществ» демократия неминуемо приведёт к их вырождению.
Не будем говорить о том, что деньги как таковые всего лишь символ, который сам по себе ни на что не пригоден, разве что в очень большом количестве, в своей бумажной ипостаси, они могут послужить для получения небольшого количества тепла при сжигании их в очаге. Их ценность в тех материальных, реальных объектах, эквивалентом которых они (по всеобщей договорённости) являются. Вот здесь-то и кроется порок идеологии Никонова, капитализма и самой основы этой идеологии – эгоцентризма: материальные ценности именно потому, что они материальны, ограничены, чего нельзя сказать о потребностях эгоцентриста.
И здесь как раз тот случай, когда различие между капитализмом (удовлетворение постоянно растущих материальных потребностей индивидуума) и социализма (удовлетворение постоянно растущих материальных потребностей сообщества индивидуумов в целом) не играет роли, ибо всё упирается в ограниченность ресурсов. Пока что столь красочно описываемое Никоновым благополучие уже привело к необратимому уничтожению пригодной для человека среды обитания примерно на трети земной поверхности, а процесс идёт экспоненциально, следовательно, до полного уничтожения этой среды совсем недалеко!
Надежды Никонова и его единомышленников по Римскому, Будапештскому и прочим клубам на благоденствие в системе капитализма (в том числе, и при ограничении численности населения «золотым миллиардом») эфемерны – аппетиты эгоцентриста растут беспредельно, а на самоограничение он никогда не пойдёт!
Самое же интересное заключается в том, что Никонов, получивший воспитание строителя социализма в одном из самых элитных вузов (МИСИС), обладает большой книжной эрудицией о прелестях капитализма и почти не имеет личного опыта.
А вот Сорос, капиталист по происхождению, причём, успешный капиталист, думает несколько иначе. Он считает (и не только считает, но и говорит в Конгрессе США), что:
«Система мирового капитализма, которой мы обязаны необыкновенным процветанием нашей страны в последнее десятилетие, трещит по швам».
<…>« рыночные силы, если им предоставить полную власть, даже в чисто экономических и финансовых вопросах, вызывают хаос и, в конечном счёте, могут привести к падению мировой системы капитализма».
Не хочет ли Никонов видеть то, что прекрасно видит Сорос, или не может, не столь важно. Гораздо важнее другое – энтузиазм в проповедях новоявленного мессии капитализма. Человек достаточно высокого интеллекта, а таким, безусловно является Никонов, обычно менее эмоционален.
Именно это заставляет предположить наличие «меминфекции», а конкретно, заражение «мемплексом эгоцентризма», того самого, который был применён против СССР, а теперь, эволюционировав в «эгомемус», успешно шествует по миру, не делая государственных, социальных и национальных различий. Здесь использованы термины новой, но бурно развивающейся области – «меметики». Более подробно с основами «меметики» можно познакомиться в работах её основоположника Ричарда Докинза, а также в моей книге «Болезни разума» (с.59-63).
Здесь мы перечислим лишь основные термины «меметики»:
Мем – устойчивая структура информации, способная к репликации.
Мемотип – действительное информационное содержание мема.
Мемплекс – группа мемов, с развитыми взаимоподдерживающими и симбиотическими отношениями.
Мемоид – неологизм, используемый для людей, которые оказались во власти определённого мема (или мемплекса) настолько, что вопросы собственного выживания становятся несущественными.
Мемус – предлагаемый мною термин, обозначающий эволюционировавший мемплекс, в котором в минимальном объёме сконцентрирована максимальная инфекционность.
Кратко опишем структуру эгомемуса. Он состоит из четырёх мемов, которые имеют примерно следующее словесное выражение:
«Чем я хуже других» – это мем внедрения. Внешне безобиден, поэтому не отторгается личностью, но он замещает социально ориентированный мем «Чем я лучше других» и блокирует критическую компоненту оценки личностью собственных действий.
«Я этого достоин (достойна)» – мем фиксации. Этот мем обеспечивает резкое завышение уровня притязаний, а поскольку завышенный уровень притязаний личностью не заслужен, то эти притязания социально (действующими в социуме законами) не обеспечиваются. Отсюда комплекс «вселенской обиды» и потенциальная готовность преступать законы. Понятно, что действие этого мема становится возможным при блокировании критической самооценки личности, то есть после фазы внедрения.
«Какое мне дело до всех до вас, а вам до меня» – мем самоизоляции, обеспечивает блокирование обратной связи со стороны социума. Это своего рода иммунодепрессант, предохраняющий мемус от «терапии» извне.
«После нас хоть потоп» – обеспечивает блокировку долгосрочного прогноза результатов поведения, ограничивая расчёты ближайшим будущим. Это мем деструкции и самой личности и окружения.
Этот мемус – пожалуй, самая опасная из всех угроз существованию человека. Отдельные его мемы известны с незапамятных времён, но впервые они образовали симбиотический комплекс, содержащий всё необходимое и не имеющий ничего лишнего. Он очень легко внедряется, радикально меняя поведение человека, при этом практически не осознаваем мемоидом.
Уж если такой сильный интеллектуал, как Никонов, оказался инфицирован и со всем своим талантом стал его распространять, чего ожидать от простых смертных (это моё заяление совсем не голословно, – оно легко подтверждается уже приведенными цитатами, в которых легко заметить все четыре компоненты эгомемуса)!
Главная опасность эгомемуса – отсутствие какой-либо избирательности. Он идеально глобален и поэтому способен вызвать не эпидемию, как многие другие мемусы, а пандемию эгоцентризма! В результате обсуждаемая сейчас со всех сторон глобализация экономики на деле превратится в глобальное общество потребления с разрывом межличностных связей. Тогда для полного распада не потребуются никакие варвары – мир взорвётся изнутри, точно так, как СССР, но уже с гораздо более радикальным результатом.В заключение ещё одна цитата из Никонова:
«Для максимальной экономической успешности страны требуется максимальное раскрытие способностей и предприимчивости каждого человека. Максимальное освобождение творческой энергии и работоспособности каждого индивидуума. Заставить человека раскрыться полностью, иными словами заставить его суетиться в экономическом пространстве можно только включив все возможные стимулы. А их только два – кнут и пряник. Кнут – это голод, нищета, страх перед тем, что твой сосед Смит будет жить лучше тебя, и твои дети не получат хорошего образования! Пряник – это доллар, на который можно купить образование, автомобиль, путешествия на экзотические острова. Это твое внутреннее достоинство, твоя свобода и уважение общества. Таким образом, доллар прекрасно совмещает в себе моральные и материальные стимулы, кнут и пряник одновременно. Интегральная ценность!»
Вот только, боюсь, что если «суета в экономическом пространстве» и доллары (или евро, или юани) останутся, то очень скоро на них ничего не купишь – покупать будет нечего. И совершенно неважно, какой именно социальный строй будет декларирован.
Дело здесь совсем не в корне очередного «-изма» – социализм (и его «высшая фаза» – коммунизм) в этом смысле ничем не лучше капитализма – любая общественная форма, преследующая «удовлетворение постоянно растущих материальных потребностей» обречена на гибель.
И, наконец, в качестве примечания, несколько слов о самом названии книги Никонова. Что касается свободы от равенства, то это, в конце концов, вопрос договорённости, так как равенство – категория социальная. А вот относительно свободы от братства дело гораздо хуже.
Суть в том, что генетическое разнообразие человечества очень невелико. Бушмен, эскимос и английский лорд генетически отличаются друг от друга гораздо меньше, чем шимпанзе одной стаи. А поскольку все шимпанзе одной стаи родственники, то и указанную тройку следует считать двоюродными братьями, кузенами.  Или, как минимум, троюродными! И это на материальном, генетическом уровне, который декларациям не подчиняется!